Чернобыль 25 лет спустя
За ХОЯТ полагалась премия, но я, не успев получить ее до отъезда, попросила переслать её мне в Москву. Однако мне сообщили, что моя фамилия вытерта и вместо неё карандашом вписана другая фамилия. И в Москве меня не включили в список на премию, считая, что я всё получила в Чернобыле. Уже в Москве меня выручил директор ВНИИАЭС Армен Артаваздович Абагян, интеллигентнейший человек, так нелепо погибший при пожаре в Москве из-за чужой преступной бездумности и халатности, и включил в какой-то список на получение премии. А деньги были ох как нужны. Зарплата невелика (в Чернобыле мы, командированные чиновники, получали двойной московский оклад, похвастаться которым было бы просто смешно, плюс командировочные, отличавшиеся от обычных на 80 копеек. Позднее нам учли пребывание в опасной зоне и переработку), дочь учится в институте.
Как я уже говорила, в этой экстремальной ситуации вопросы решались очень оперативно. Всё, что делалось на площадке АЭС и в 30-километровой зоне при ликвидации последствий аварии, выполнялось в особо опасных для здоровья и жизни людей условиях, и сроки должны были быть кратчайшими, ибо от этого зависели судьбы и жизни миллионов людей, попавших в зону «влияния» Чернобыльской АЭС. Всё было крайне серьёзно, требовалась высочайшая ответственность. Налажены были отношения с Генштабом Министерства обороны СССР. Ведь массу «грязной» работы выполняли военные. И я горжусь тем, как меня везде принимали, и тем, что сумела кому-то помочь, что впоследствии оказалось для них совсем не лишним. До сих пор с улыбкой вспоминаю, как я приходила в Генштаб, и начальники командовали: «Товарищи офицеры, встать! Людмила Николаевна пришла».
Посёлок «Зелёный Мыс» строился для вахтенного персонала ЧАЭС (ведь три блока должны были оставаться в работе, необходимо было обслуживать «саркофаг», которым накрыли разрушенный IV энергоблок, и другие объекты). И он возник, как феникс из пепла, в кратчайшие сроки, как позднее и город атомщиков Славутич. За это надо благодарить моих коллег Александра Павловича Немытова (Курская АЭС), Сергея Ивановича Захарова (Кольская АЭС), Рудольфа Леонидовича Соловьёва (ЧАЭС), Александра Поликарповича Плотникова (ВАСТ) и многих других. Просто я упомянула тех, кто одновременно со мной находился в командировке на ЧАЭС.